Как Александр Македонский сжёг одну из столиц Персии

Персеполь (др.-греч. Περσέπολις — букв. Город персов,  Pārsa) – древнеперсидский город на юго-западе Ирана, возникший в VI—V веках до н. э., одна из столиц империи Ахеменидов.

В 330 году до н.э. Александр Великий (356-323 гг. до н.э.), он же Александр Македонский, он же Искандер, как гласит общепринятая история, одержал решающую победу над персидским царем Дарием III в битве при Гавгамелах, после которой держава Ахеменидов исчезла с лица Земли. Персидская империя была покорена молодым правителем Македонии.

После победы Александр вместе с войском и свитой направился в Сузы, этот город сдался без боя, а потом на юго-запад империи, в столицу Персии — Персеполь. Здесь македоняне устроили празднество, которое закончилось грабежом и поджогом. Город, считавшийся жемчужиной империи, был разрушен практически полностью, вместе с его дворцами и храмами в огне погибли сотни уникальных произведений искусства и религиозных памятников.

Александр Македонский с гетерами в захваченном Персеполе

Богатый город
Персы называли свою столицу Парса (Pārsa), или город Персов, название “Персеполь” – греческое. Строительство города и царского комплекса развернул персидский царь Дарий I Великий (ок. 522-486 гг. до н.э.) между 518 и 515 г. до н.э. Через 2-3 года после того как был заложен первый камень, Дарий перенес сюда столицу из Пасаргады, которая находилась в 70 километрах от масштабного строительства.

По мере возведения дворцов и храмов, царь свозил в них сокровища, литературные произведения, произведения искусства со всех уголков империи. Дело Дария продолжил его сын Ксеркс I (ок. 486-465 гг. до н.э.), а после внук Артаксеркс I (ок. 465-424 гг. до н.э.). Город улучшали и расширяли вплоть до падения державы Ахеменидов. Каждый правитель империи вносил свои поправки в архитектуру новой столицы.

Персеполь был задуман как город, показывающий величие и могущество Дария I. Здания и дворцы столицы должны были стать архитектурными шедеврами, призванными вызывать благоговение и трепет. В регионе, где находится современный иранский город Мервдешт, в V веке до н.э. Дарий I начал возводить огромную террасу, на которой потом построил комплекс, получивший название Ападана. Историки пишут, что размеры этой террасы для своего времени были внушительными — 125 000 квадратных метров.

Царский комплекс состоял из дворца, приемного зала, зала заседания и гипостильного зала длиной 60 метров с 72 колоннами, высота каждой была 19 метров. Колонны поддерживали крышу из кедра (позже их заменили на кедровые балки), они были увенчаны скульптурами различных животных, символизирующих власть царя. Архитекторы сконструировали Ападану таким образом, чтобы любой гость, попавший внутрь комплекса, поразился и восхитился мощью Персидской державы.

Сын Дария I Ксеркс I внес в архитектурный план Персеполя свои корректировки: возвел на террасе новый дворец, а также Врата всех народов, охраняемые двумя скульптурами Ламассу — ассирийского божества-защитника, которого обычно изображали с телом быка и головой человека. Эти врата вели в приемный зал дворца Ксеркса, длина которого составляла 25 метров. Крыша зала была сделана из кедра, ее поддерживали четыре колонны высотой 18,5 метров. На каменных плитах зала был высечен рельеф, изображающий различные сцены, часто на этих плитах можно было увидеть представителей покоренных народов.

Колонны Ападаны были размещены на расстоянии 8 метров друг от друга, это создавало ощущение свободы, обеспечивало хорошую освещенность и вентиляцию помещения. Древнегреческий историк Диодор Сицилийский (90-30 гг. до н.э.) описывал Персеполь, как “самый богатый город мира”.

Персеполь в огне
В 480 году до н.э. Ксеркс I вторгся в Грецию. Армия персидского царя сжигала все на своем пути: деревни, храмы, города, в том числе Афины. На Балканском полуострове персы хозяйничали не долго, в 480-479 гг. до н.э. между греками и персами произошли два морских сражения, определивших результат греко-персидской войны. В битвах при Саламине и при Платеях персы потерпели поражение и оставили Грецию.

Исследователи пишут, что вторжение персидской армии на Балканский полуостров греки запомнили надолго, именно месть послужила основной причиной сожжения Персеполя.

До прибытия Александра Великого Персеполь был одним из самых величественных городов мира. Когда же македонский правитель покинул персидскую столицу, от нее остались руины и несколько десятков колонн. Город стали называть местом сорока колонн.

пишет историк Марк Джошуа.

Ученые до сих пор спорят, кто первым из свиты Александра предложил предать огню Персеполь. Основываясь на древних текстах, одни исследователи говорят, что приказ мог отдать сам правитель, другие, что это была затея древнегреческой гетеры Таис, так она хотела отомстить за те бесчинства, которые Ксеркс I учинил в Афинах незадолго до битвы при Соломоне.

В разных источниках Таис описывают как любовницу Птолемея I, одного из генералов и близкого друга Александра (возможно, Птолемей был сводным братом Александра). Древнегреческий писатель Афиней, который жил во II-III веке нашей эры, в своих трудах утверждал, что Таис могла быть и любовницей Александра, поскольку царь любил «держать ее при себе». Современные исследователи пишут, что слова Афинея нельзя воспринимать буквально, Таис, как и многие гетеры того время, могла быть просто хорошей собеседницей, с которой Александру нравилось проводить время за общением.

Ниже мы приведем два описания сожжения Персеполя, которые были сделаны древнегреческими историками спустя несколько столетий после гибели столицы Персидской империи. Эти описания основаны на более ранних трудах, не дошедших до наших дней.

Пожалуй, самое известное описание гибели Персеполя принадлежит Диодору Сицилийскому. В основе повествования лежит история, согласно которой Персеполь подожгли выпившие слишком много вина македоняне. Причем, это решение было принято спонтанно, когда во время пира вспомнили о сожжении Афин в 480 году до н.э. персами.

Александр, празднуя победу, принес жертвы Богам и устроил для друзей богатое пиршество. Товарищи его походов щедро угощались, и чем дальше шла пирушка, тем больше люди пьянели, и наконец безумие охватило души напившихся. Одна из гетер по имени Таис, уроженка Афин, сказала, что из всех дел, совершенных Александром в Азии, самым прекрасным будет сожжение царского дворца: пусть он отправится веселой компанией вместе с ними, и женские руки заставят в один миг исчезнуть знаменитое сооружение персов.

Слова эти, обращенные к людям молодым, которые, опьянев, преисполнились бессмысленной гордости, возымели отклик: кто-то закричал, что он поведет всех, и стал распоряжаться, чтобы зажгли факелы и шли отомстить за беззакония, совершенные в эллинских святынях.

 Тут же набрали множество факелов, прихватили женщин, игравших и певших на пиру, и царь выступил в этом шествии под звуки песен, флейт и свирелей. Зачинщицей всего была гетера Таис. Она первая после царя метнула во дворец зажженный факел; то же самое сделали и другие, а скоро дворец и все вокруг было охвачено огромным пламенем.

Диодор Сицилийский приводит еще одну причину сожжения Персеполя. Он пишет, что, когда Александр и его армия подходили к столице империи, их встретила толпа из 800 пленных греков. Это были пожилые мужчины и женщины, захваченные персами много лет назад. В Персеполе они трудились ремесленниками, портными, строителями, то есть занимались тем ремеслом, которому обучались в Греции. Но практически все эти пленные были с увечьями — кто-то без руки, кто-то без ноги.

 Александра и его товарищей, пишет Диодор, эта картина задела до глубины души. «Скорее всего, от увиденного у Александра вскипела кровь и он приказал отнестись к Персеполю так же, как город отнесся к пленным».

Диодор писал: «После битвы при Гавгамелах македонский правитель двинулся в Сузы, которые, как известно, сдались без боя. Александр запретил своим воинам грабить этот город и убивать местных жителей. В столице же, в которую царь также вошел без сопротивления, он разрешил воинам бесчинствовать, насиловать и убивать. На это у него должна была быть очень веская причина».

Древнегреческий историк Арриан (87-160 гг н.э.) придерживался другой версии гибели столицы персов. Ученый утверждал, что описывая пожар, он опирался на труды первоисточников, якобы очевидцев тех событий, а именно Птолемея и Аристобула из Кассандрии.

По словам Арриана, Персеполь уничтожили не спонтанно, а преднамеренно, как возмездие за Афины. Арриан пишет: «Александр сжег дворец в Персеполе, чтобы отомстить за греков, потому что персы разрушили их храмы, спалили города».

Поскольку ни Птолемей, ни Аристобул в своих сочинениях не пишут о каких-либо пирушках, устроенных македонянами во дворце перед тем как его спалить, Арриан предполагает, что никаких пиршеств и не было. При этом историк отмечает: «даже люди, которые в то время находились рядом с Александром и являлись очевидцами тех событий, люди, заслуживающие доверия, даже они давали противоречивые сведения о поджоге». 

Дальше историк заключает: «почему Персеполь решили спалить, мы наверняка точно никогда не узнаем».

Post Scriptum
Ученые утверждают, что какой бы не была причина сожжения Персеполя, на утро после содеянного Александр жалел о своем решении, и, возможно, жалел о нем до конца своих дней. Гибель столицы Персидской империи — огромная потеря для мировой истории. Ведь воины Александра предали огню знания, предметы искусства и культуры древней Персии. «В пожаре вместе с гобеленами и другими бесценными культурными артефактами погибли произведения раннего зороастризма, написанные на пергаменте из козьей кожи, различные документы составленные управленцами города. Все эти данные могли бы дать нам бесценную информацию о том, как жила Персидская империя, по каким законам, что любили, ценили и к чему стремились ее граждане», — заключил историк Марк Джошуа.

Добавить комментарий